Раковина с картины выдала перемены в море: почему привычный для Италии моллюск стал редкостьюКогда художник XVI-XVIII веков ставил на стол в натюрморте не только рыбу, но и моллюска с толстой красной раковиной, усаженной шипами, он не просто украшал композицию. Он фиксировал то, что было обычным у прилавков рынков Италии. Сегодня этот моллюск — колючая устрица Spondylus gaederopus - стал редкостью, а его раковины заметно меньше, чем те, что изображены на старых полотнах. Разница невелика — всего два сантиметра, — но она заставляет пересмотреть представление о том, насколько устойчивым казался этот вид в прошлом.
Сначала возникает вопрос: почему моллюск, который мы называем устрицей, на самом деле ближе к гребешкам? Ответ кроется в его поведении и среде. S. gaederopus живёт на мелководьях Средиземного моря, где его толстая левая створка, пронизанная крупными шипами, не служит лишь декоративным элементом. В природе эти шипы всегда чем-то покрыты: губками, кораллами, другими сидячими организмами. Эта живая "шуба" маскирует моллюска, делая его неотличимым от окружающего донного субстрата.
Лишь когда эпибионты исчезают — например, после смерти или удаления — проступает подлинный цвет: интенсивные красный, фиолетовый или пурпурный. Этот контраст, вероятно, и привлекал внимание людей на протяжении тысячелетий. Археологические находки показывают, что уже в неолите средиземноморцы использовали эти раковины для бусин и подвесок, ценя их необычную форму и цвет, а не только мясо.
Thu, 15 Oct 2026 07:49:00 +0300